История вычислительной техники в лицах


История вычислительной техники в лицах - стр. 427


Запоминающее устройство
УМШН на миниатюрных ферритных сердечниках было первым в стране.
 
Человеческое сердце - не оксиферовый сердечник, не знающий износа, а
участок живой ткани в организме. Как все живое, оно со временем
изменяется, стареет. И не время, наверное, главный фактор износа, а те
условия, в которых человек находится.
 
В начале 1942 года на медицинской комиссии в Тюменском госпитале №
3330, где я пролежал около двух месяцев после ранения под Калинином,
меня, бегло осмотрев зажившие раны, спросили:
 
- На что жалуетесь?
 
- Да вот, сердце колотится!
 
А оно, не привыкшее к нагрузке после лежания (а тут пришлось идти по
лестнице), гулко и часто стучало в грудной клетке и никак не
унималось.
 
- У молодых это часто бывает! Следующий! И отправили меня в маршевую
роту, откуда попал в начале мая на болотный, запомнившийся проливными
весенними дождями, злыми январскими морозами и почти непрерывным
артиллерийским обстрелом Северо-Западный фронт.
 
Если бы только один снаряд за день пролетал, жутко свистя над моей
головой, или рвался близко, и то их насчиталось бы 300 (за 300 дней).
А были дни, когда от разорвавшихся снарядов сплошь чернела покрытая
ранее снегом земля, а от могучего леса оставались жалкие обрубки! И
каждый свист и разрыв отзывались напряжением моего сердца, а оно ведь
не из бесчувственного феррита!
 
Сегодня меня второй раз не выпустили на контрольную дистанцию длиной
всего 1300 метров. Не та кардиограмма, даже хуже, чем была, когда
появился в санатории. Не справляется еще сердце с такой нагрузкой. А
ведь когда-то справлялось с куда большей? Во время ночных маршей к
Днепру (чтобы не заметил противник) проходили по 50-60 км - и ничего.
Правда, помню, один пожилой солдат шел-шел и вдруг упал замертво -
сердце не выдержало.
 
С болезнями сердца в санбат не обращались. Может быть, кто-то и
пробовал, но я не решился. В феврале 1943 г. в боях под Старой Руссой
стоило пройти 50-100 метров, как приходилось либо присесть на пенек,



Начало  Назад  Вперед